Известное стихотворение Иосифа Бродского «Мексиканский романсеро» приглашает читателя в путешествие по залитому солнцем, пестрому и контрастному миру Мехико. В этом литературном полотне Бродский мастерски сочетает элементы культурного и социального быта города, создавая живописную и одновременно мрачную картину. Стихотворение наполнено яркими образами, которые передают не только атмосферу места, но и внутренние переживания лирического героя. В этом произведении ощущается некое сочетание восторга от жизни и осознания ее конечности, как в самом городе, так и в жизни человека.
———
Кактус, пальма, агава.
Солнце встает с Востока,
улыбаясь лукаво,
а приглядись — жестоко.
Испепеленные скалы,
почва в мертвой коросте.
Череп в его оскале!
И в лучах его — кости!
С голой шеей, уродлив,
на телеграфном насесте
стервятник — как иероглиф
падали в буром тексте
автострады. Направо
пойдешь — там стоит агава.
Она же — налево. Прямо —
груда ржавого хлама.
Вечерний Мехико-Сити.
Лень и слепая сила
в нем смешаны, как в сосуде.
И жизнь течет, как текила.
Улицы, лица, фары.
Каждый второй — усатый.
На Авениде Реформы —
масса бронзовых статуй.
Подле каждой, на кромке
тротуара, с рукою
протянутой — по мексиканке
с грудным младенцем. Такою
фигурой — присохшим плачем —
и увенчать бы на деле
памятник Мексике. Впрочем,
и под ним бы сидели.
Сад громоздит листву и
не выдает нас зною.
(Я не знал, что существую,
пока ты была со мною.)
Площадь. Фонтан с рябою
нимфою. Скаты кровель.
(Покуда я был с тобою,
я видел все вещи в профиль.)
Райские кущи с адом
голосов за спиною.
(Кто был все время рядом,
пока ты была со мною?)
Ночь с багровой луною,
как сургуч на конверте.
(Пока ты была со мною,
я не боялся смерти.)
Вечерний Мехико-Сити.
Большая любовь к вокалу.
Бродячий оркестр в беседке
горланит ‘Гвадалахару’.
Веселый Мехико-Сити.
Точно картина в раме,
но неизвестной кисти,
он окружен горами.
Вечерний Мехико-Сити.
Пляска веселых литер
кока-колы. В зените
реет ангел-хранитель.
Здесь это связано с риском
быть подстреленным сходу,
сделаться обелиском
и представлять Свободу.
Что-то внутри, похоже,
сорвалось и раскололось.
Произнося ‘О, Боже’,
слышу собственный голос.
Так страницу мараешь
ради мелкого чуда.
Так при этом взираешь
на себя ниоткуда.
Это, Отче, издержки
жанра (правильней — жара).
Сдача медная с решки
безвозмездного дара.
Как несхоже с мольбою!
Так, забыв рыболова,
рыба рваной губою
тщетно дергает слово.
Веселый Мехико-Сити.
Жизнь течет, как текила.
Вы в харчевне сидите.
Официантка забыла
о вас и вашем омлете,
заболтавшись с брюнетом.
Впрочем, как все на свете.
По крайней мере, на этом.
Ибо, смерти помимо,
все, что имеет дело
с пространством, — все заменимо.
И особенно тело.
И этот вам уготован
жребий, как мясо с кровью.
В нищей стране никто вам
вслед не смотрит с любовью.
Стелющаяся полого
грунтовая дорога,
как пыльная форма бреда,
вас приводит в Ларедо.
С налитым кровью глазом
вы осядете наземь,
подломивши колени,
точно бык на арене.
Жизнь бессмысленна. Или
слишком длинна. Что в силе
речь о нехватке смысла
оставляет — как числа
в календаре настенном.
Что удобно растеньям,
камню, светилам. Многим
предметам. Но не двуногим.
Темы и Идеи
Основная тема стихотворения — это исследование жизни и смерти через призму окружающего мира. Бродский использует Мехико-Сити как метафору для иллюстрации контрастов и парадоксов жизни. В стихотворении чувствуются элементы экзистенциализма, где жизнь представляется одновременно яркой и бессмысленной. «Жизнь течет, как текила», — эта строка передает текучесть и, возможно, иллюзорность бытия, где все преходяще и заменимо.
Контраст между живым городом и идеей смерти также подчеркивается через образы: «череп в его оскале» и «ночь с багровой луною». Автор подчеркивает, что в Мехико-Сити, как и в жизни, веселье и трагедия идут рука об руку. Эта двойственность ощущается в каждом образе стихотворения, будь то стервятник на телеграфном столбе или бродячий оркестр, исполняющий «Гвадалахару».
Литературные Приемы и Структура
Бродский использует разнообразие литературных приемов, чтобы передать атмосферу и настроение стихотворения. Метафоры и символика играют ключевую роль: «череп в его оскале» ассоциируется с неизбежностью смерти, а «жизнь течет, как текила» — с непрерывностью и легкостью, но также и с опьянением жизнью. Образы кактуса, пальмы и агавы создают экзотическую и, в то же время, суровую атмосферу, придавая стихотворению местный колорит.
Стихотворение состоит из нерегулярных строф, что подчеркивает фрагментарность восприятия мира. Бродский предпочитает использовать свободный стих, что позволяет ему играть с ритмом и рифмой, создавая эффект спонтанности и непосредственности. Временами строки как будто бы обрываются, что усиливает ощущение нестабильности и неопределенности.
Эмоциональное воздействие стихотворения глубоко и многослойно. Читатель ощущает одновременно восхищение и грусть, юмор и трагедию. В строках, где описывается город, присутствует некая ирония, что подчеркивает двойственность восприятия: «в нищей стране никто вам вслед не смотрит с любовью». Это выражение тонко намекает на одиночество и отчуждение, с которыми сталкивается человек в большом городе.
Замысел автора — передать сложность человеческого существования через призму города, в котором переплетаются разные культуры и эпохи. Бродский хочет показать, что, независимо от места и времени, человек всегда будет сталкиваться с фундаментальными вопросами бытия и своей роли в мире. В этом контексте Мексико-Сити становится символом как хаоса жизни, так и ее красоты.
Исторический и культурный контекст здесь не менее важен. Бродский, известный своей способностью проникать в суть различных культур, использует символику и образы, чтобы подчеркнуть свое понимание мексиканской культуры и ее воздействия на человека. Это стихотворение может быть также воспринято как размышление автора о роли искусства и литературы в понимании и интерпретации жизни.
В заключение, «Мексиканский романсеро» — это не просто описание города, а глубокое погружение в природу человеческого бытия. Бродский, мастерски используя метафоры и символику, предлагает читателю задуматься о жизни, смерти и месте человека в этом сложном и многообразном мире.